Если опросить с десяток человек, например, прогуливающихся у фонтана «Дружба народов» на ВВЦ, что они знают о конопле, то в большинстве ответов обязательно прозвучит слово "наркотики". Однако, как и почему листья конопли могли оказаться среди хлебных колосьев и соцветий подсолнечника? Фонтан создавался в начале 50-х годов прошлого века и, тогда конопля была в почете – площадь её посевов в стране достигала полумиллиона гектаров.
Но 30 марта 1961 года СССР подписал международную конвенцию «О наркотических средствах». С этого момента и начались гонения на коноплю, ее посевы повсеместно уничтожались на корню, без разбора.
Сегодня ситуация изменилась, считают в государственном антинаркотическом комитете. Внесение всех сортов конопли в «черный список» было неправильным, поскольку наркотический компонент содержится только в дикорастущей конопле и только южнее 44-й параллели. А в мире, тем временем, из конопли научились делать свыше тысячи видов полезной продукции.
- Не случайно американские доллары печатаются на бумаге из целлюлозы, произведенной из конопли, - отмечает директор Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН) Виктор Иванов. – Она используется для углеродного покрытия в авиационной и космической промышленности. Сворачивание коноплеводства в России лишает нас многих современных технологий и не дает возможности развернуть значительное количество рабочих мест. Коноплеводство, я думаю, в течение нескольких лет может создать три миллиона рабочих мест и хорошо оплачиваемых.
- В российском госреестре сегодня более двух десятков сортов, так называемой, технической конопли – доля наркотических веществ в ней ничтожна, поясняет директор пенькозавода в Орловской области Николай Жалнин. – Нужен вагон здоровый примерно, тонн 60 нужно, чтобы сделать дозу для наркомана. Поэтому бессмысленно этим делом заниматься.
А вот пользы получить можно не мало. Николай Жалнин – один из тех, кто пытается возрождать коноплеводство на орловской земле. За четыре года ему удалось вдвое увеличить посевные площади под этой культурой. Для загрузки мощностей пенькозавода засеяно почти 300 гектаров. Но полувековой период забвения отрасли существенно осложняет процесс. Конопляные косилки и молотилки образца середины сороковых годов прошлого века работать эффективно просто не способны, велика доля ручного труда. Все это сказывается на себестоимости производства.
- Для того чтобы выращивать коноплю и на семена, и на волокно нужно срочно модернизировать производство. Нужно покупать новую технику, но ее в России, по существу, нет.
Ну а пока заработать на импортные машины не удалось, для повышения механизации приспосабливают пресс-подборщики и старенькие комбайны. Даже с их помощью удается на 20-30% сократить производственные расходы. «Сеем, растим, убираем – медленно, но развиваемся» – говорят работники хозяйства.
С полей подготовленная пенькотреста поступает на переработку. Стебли конопли мнут, отделяют волокна от костры, расчесывают. Действуют две линии – для подготовки длинного и короткого волокна.
- Вот это и есть конечная наша продукция, – рассказывает руководитель предприятия. – А хотелось бы, конечно, более углубленно вести переработку, надо бы канаты делать… Но для этого нужны деньги.
По сути, пенькозавод производит лишь сырье для дальнейшей переработки. Но даже такое, откровенно, морально и технически устаревшее производство – экономически оправдано: рентабельность в районе 40%.
- Наш завод – он единственный в области, да и по России, наверное, не очень много таких предприятий. Заинтересованность нашей Дмитровской администрации, прежде всего, в том, что это рабочие места, хотя и небольшие, но отчисления в местный бюджет.
Учитывая полувековую отсталость отрасли, трудно представить, что за пару лет можно возродить отечественное коноплеводство без соответствующей поддержки государства. И она предусмотрена в федеральном бюджете, заверяют в Минсельхозе России - по 6 тысяч рублей на тонну произведенного пеньковолокна. Но инициативу для ее получения должны проявить власти региональные.
- Те регионы, которые исторически занимались выращиванием конопли и ее переработкой, - поясняет директор департамента растениеводства химизации и защиты растений Минсельхоза РФ Петр Чекмарев, - должны подготовить оригинальную, экономически значимую программу и представить ее в министерство на рассмотрение. И если она подходит по всем параметрам, то включается в поддержку из федерального бюджета и соответственно финансируется.
Конопля – культура будущего, убежден чиновник министерства – она способна стать точкой роста не только для аграрного производства, но и для смежных отраслей: перерабатывающей, текстильной, пищевой промышленности, фармакологии, химии и многих других. Ведь уже сегодня из конопли возможно получать не только веревки и канаты, холсты, бумагу и одежду. Конопля находит применение в строительстве и машиностроении, а нанотехнологии позволяют получать из нее материалы легче и прочнее титана. Возможно не только государству, но и частным инвесторам пришло время всерьез присмотреться к этой древней культуре.
Источник: "Крестьянские ведомости"
Но 30 марта 1961 года СССР подписал международную конвенцию «О наркотических средствах». С этого момента и начались гонения на коноплю, ее посевы повсеместно уничтожались на корню, без разбора.
Сегодня ситуация изменилась, считают в государственном антинаркотическом комитете. Внесение всех сортов конопли в «черный список» было неправильным, поскольку наркотический компонент содержится только в дикорастущей конопле и только южнее 44-й параллели. А в мире, тем временем, из конопли научились делать свыше тысячи видов полезной продукции.
- Не случайно американские доллары печатаются на бумаге из целлюлозы, произведенной из конопли, - отмечает директор Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН) Виктор Иванов. – Она используется для углеродного покрытия в авиационной и космической промышленности. Сворачивание коноплеводства в России лишает нас многих современных технологий и не дает возможности развернуть значительное количество рабочих мест. Коноплеводство, я думаю, в течение нескольких лет может создать три миллиона рабочих мест и хорошо оплачиваемых.
- В российском госреестре сегодня более двух десятков сортов, так называемой, технической конопли – доля наркотических веществ в ней ничтожна, поясняет директор пенькозавода в Орловской области Николай Жалнин. – Нужен вагон здоровый примерно, тонн 60 нужно, чтобы сделать дозу для наркомана. Поэтому бессмысленно этим делом заниматься.
А вот пользы получить можно не мало. Николай Жалнин – один из тех, кто пытается возрождать коноплеводство на орловской земле. За четыре года ему удалось вдвое увеличить посевные площади под этой культурой. Для загрузки мощностей пенькозавода засеяно почти 300 гектаров. Но полувековой период забвения отрасли существенно осложняет процесс. Конопляные косилки и молотилки образца середины сороковых годов прошлого века работать эффективно просто не способны, велика доля ручного труда. Все это сказывается на себестоимости производства.
- Для того чтобы выращивать коноплю и на семена, и на волокно нужно срочно модернизировать производство. Нужно покупать новую технику, но ее в России, по существу, нет.
Ну а пока заработать на импортные машины не удалось, для повышения механизации приспосабливают пресс-подборщики и старенькие комбайны. Даже с их помощью удается на 20-30% сократить производственные расходы. «Сеем, растим, убираем – медленно, но развиваемся» – говорят работники хозяйства.
С полей подготовленная пенькотреста поступает на переработку. Стебли конопли мнут, отделяют волокна от костры, расчесывают. Действуют две линии – для подготовки длинного и короткого волокна.
- Вот это и есть конечная наша продукция, – рассказывает руководитель предприятия. – А хотелось бы, конечно, более углубленно вести переработку, надо бы канаты делать… Но для этого нужны деньги.
По сути, пенькозавод производит лишь сырье для дальнейшей переработки. Но даже такое, откровенно, морально и технически устаревшее производство – экономически оправдано: рентабельность в районе 40%.
- Наш завод – он единственный в области, да и по России, наверное, не очень много таких предприятий. Заинтересованность нашей Дмитровской администрации, прежде всего, в том, что это рабочие места, хотя и небольшие, но отчисления в местный бюджет.
Учитывая полувековую отсталость отрасли, трудно представить, что за пару лет можно возродить отечественное коноплеводство без соответствующей поддержки государства. И она предусмотрена в федеральном бюджете, заверяют в Минсельхозе России - по 6 тысяч рублей на тонну произведенного пеньковолокна. Но инициативу для ее получения должны проявить власти региональные.
- Те регионы, которые исторически занимались выращиванием конопли и ее переработкой, - поясняет директор департамента растениеводства химизации и защиты растений Минсельхоза РФ Петр Чекмарев, - должны подготовить оригинальную, экономически значимую программу и представить ее в министерство на рассмотрение. И если она подходит по всем параметрам, то включается в поддержку из федерального бюджета и соответственно финансируется.
Конопля – культура будущего, убежден чиновник министерства – она способна стать точкой роста не только для аграрного производства, но и для смежных отраслей: перерабатывающей, текстильной, пищевой промышленности, фармакологии, химии и многих других. Ведь уже сегодня из конопли возможно получать не только веревки и канаты, холсты, бумагу и одежду. Конопля находит применение в строительстве и машиностроении, а нанотехнологии позволяют получать из нее материалы легче и прочнее титана. Возможно не только государству, но и частным инвесторам пришло время всерьез присмотреться к этой древней культуре.
Источник: "Крестьянские ведомости"
